Звезда и свастика над Брестом

Распечатать Распечатать

Июнь 26, 2010

Почему 69 лет тому, невзирая на дружбу и общие парады в 1939-ом, между Германией и СССР началась война?

Готовясь к 65-и годовщине Победы, мы как-то забыли отметить другой «славный юбилей»: 70-летие советско-нацистского парада, который Красная армия и вермахт устроили в городе Брест-Литовск 22 сентября 1939 года. Сделали возможным это «знаменательное событие» договор между Германией и Советским Союзом о ненападении (известный как Пакт Риббентропа — Молотова) от 23 августа 1939 года и тайном протоколе к нему, за которым Европа была разделена на сферы влияния между двумя тоталитарными режимами, : нацистским и коммунистическим. Долгое время коммунисты оправдывали альянс с нацистами необходимостью отвести военную угрозу от своей страны. В действительности же советское руководство во главе со Сталиным хотело направить немецкую агрессию на запад, в первую очередь против Англии и Франции, чтобы дождаться, когда (цитаты) «капиталисты перегрызутся между собой», а тогда, по словам бывшего советского разведчика Виктора Суворова (Резуна), «объявить себя Освободителем Европы, заменив коричневые концлагеря красными». Однако все вышло наоборот.

Как планировали парад

Непосредственным следствием немецко-советских договоренностей была вооруженная агрессия Германии против Польши в сентябре 1939 года. Так взорвалась Вторая мировая война, самая жестокая в истории человечества. 27 сентября Варшава капитулировала. В Бресте, Гродно, Пинску, Перемышли и в других городах состоялись общие парады союзных войск — советских и немецких. Брест был оккупирован 22 сентября, сразу двумя армиями. С восточной стороны в город вошла авангардная 29-я танковая бригада под командованием Семена Кривошеина. Согласно секретному протоколу, Брест становился советской территорией. И на следующий день немецкие войска должны были покинуть город. Но для демонстрации советско-германской дружбы военачальники решили расстаться красиво. И устроить прощальный общий парад. Хотя немцы отходили недалеко: на ту сторону Бугу.

Торжества начались 23 сентября в 16.00. Обычно парады принимает один человек, в этот раз — двое. На деревянную трибуну в центре Бреста поднялись два командира в парадной форме: выпускник Казанского танкового училища Гайнц Гудериан и выпускник Военной академии имени Фрунзе Семен Кривошеин. «Они стоят на трибуне перед флагштоком с немецким флагом, а по улицы перед ними сначала идет немецкая, а потом советская военная техника. Командующие отдают машинам честь», — так описывали очевидцы тот парад.

Согласно воспоминаниям командира 29-и отдельной танковой бригады Семена Кривошеина, его подразделение вечером 20 сентября получило приказ командующего 4-и aрмии Василия Чуйкова занять город и Брестскую крепость. До утра 21-го передовые подразделения бригады приблизились в Брест с северной стороны. Кривошеин лично направился переговорить с немецким командованием о передаче города. Переговоры из Гудерианом, которые велись понятной обоим французским языком, затянулись до вечера. Кривошеин пишет, что Гудериан настаивал на проведении парада, чтобы части обеих сторон предварительно были выстроены на площади. Ведь пункт соглашения между командованиями предусматривал общий парад. Завершив переговоры, Кривошеин отдал приказ бригаде подготовить к параду 4-й батальон и бригадный оркестр, а также блокировать железную дорогу.

Коммунистическая выучка нацистов

События на следующий день Кривошеин описал таким образом: «О 16.00 я и генерал Гудериан поднялись на невысокую трибуну. За пехотой прошла моторизованная артиллерия, потом танки. На бреющем полете промчали над трибуной два десятка самолетов.. Потом опять прошла пехота на машинах». Кстати, Гайнц Гудериан, кроме Казанского танкового училища, закончил и академию Генштаба. Возможно, у немцев не было бы такого успеха в начале войны, если бы не это сотрудничество между вермахтом и высшим командованием Красной армии. Советский Союз готовил у себя кадры немецких летчиков — будущих асов Второй мировой войны. Немцы «изнутри» выучили военную технику противника, хорошо ориентировались в последних достижениях советской военной науки. Они знали в лица многих военачальников, их сильные стороны и недостатки. И даже территория, на которой пришлось потом воевать, немцам была хорошо знакомая.

Генерал Гудериан так описывает события, в контексте которых состоялся общий парад, в своих мемуарах: «Как вестник приближения россиян, прибыл молодой русский офицер на бронеавтомобиле, который сообщил нам о подходе их танковой бригады. Потом мы получили известие о демаркационной линии, установленной Министерством иностранных дел, которая, проходя по Бугу, оставляла за россиянами Брестскую крепость; такое решение министерства мы считали невыгодным. Потом было установлено, что район к востоку от демаркационной линии должен был быть освобожден до 22 сентября. Этот срок был настолько коротким, что мы даже не могли эвакуировать наших раненых и подобрать поврежденные танки. По-видимому, к переговорам об установлении демаркационной линии и о прекращении военных действий вообще не был привлечен ни один военный. В день передачи Бреста россиянам в город прибыл комбриг Кривошеин, танкист, который владел французским языком, а потому я смог легко с ним достичь взаимопонимания. Все вопросы, которые остались не решенными в положениях Министерства иностранных дел, были развязаны выгодно для обеих сторон непосредственно с россиянами. Мы смогли забрать все, кроме захваченных в поляков, запасы, которые оставались россиянам, поскольку их невозможно было эвакуировать за такое короткое время. Наше пребывание в Бресте закончилось прощальным парадом и церемонией с обменом флагами в присутствии комбрига Кривошеина».

Взаимное торжество

Это было искреннее торжество. Солдаты двух армий на улицах Бреста обменивались папиросами, офицеры угощали друг друга пивом. Парад прошел замечательно. Войска с обеих сторон показали замечательную строевую выучку. Колонны шли под звуки Бранденбурзького марша. Через сорок пять минут после начала парада на площади зазвучали национальные гимны. Флаг Рейха был спущен. Комбриг Кривошеин произнес краткую речь. Советский солдат поднял красное знамя. Как и положено, все завершилось пиром для высшего руководства. 24 сентября немецкие войска покинули Брест. Правда, ненадолго. В Гродно и Пинску тоже состоялись парады с братанием советских и немецких солдат — правда, менее масштабные. Германия называла их «парадами победителей». СССР называл «парадами дружбы».

Виктор Суворов отмечает удивительное подобие нацистского и коммунистического вождей — красные знамена, властвования от имени рабочего класса (партия Гитлера называлась рабочей, система власти Сталина официально — диктатурой пролетариата), идеи социализма, ненависть к демократии, однопартийную, уничтожение инакомыслящих, четырехлетний — пятилетний план, превращение партийных съездов на грандиозные представления. Или еще: главные праздники в империи Сталина — 1 Мая, 7-8 ноября. В империи Гитлера — 1 мая, 8-9 ноября. У Гитлера — гитлерюгенд, у Сталина — пионеры и комсомольцы. Сталина называли вождем, Гитлера — фюрером, в переводе то же. Гитлер ходил в полувоенной форме, без знаков распознавания. Сталин одевал полувоенную форму, тоже без знаков. «Вот я i спрашиваю: в чем между ними разница? Между Гитлером и Сталиним единственная разница: каким бы мерзавцем Гитлер не был, он все же к своему народу так не относился», — отмечает Виктор Суворов.

Москва помогала нацистской Германии. В частности поставляла ей необходимые материалы, сырье и хлеб, что в 1940 году представляло 40 процентов всего советского экспорта на внешний рынок. Тесное советско-германское сближение засвидетельствовали заключенный 28 сентября в 1939 г. новый договор о дружбе и границе и секретных протоколах к нему, которые уточняли разграничительную линию между СССР и Германией и формально подтверждали вхождения западноукраинских и захиднобилоруских земель в состав СССР. До сих пор ходит миф, что Сталин, мол, хотел объединить все украинские этнические земли или даже о том, что он их в действительности объединил. А что в действительности? На карте, выданной Русской императорской академией наук в 1913 году, Холм и Засяння, так же, как и Забужжя, то есть земли сразу за Сяном и Западным Бугом — это территории с абсолютным преимуществом украинского населения. Но эти земли Сталин, пользуясь официальной советской терминологией, «освободил», а потом отдал Гитлеру. В обмен на Литву, которая представляла для него значительно больше военного интереса.

Есть что сказать?

Вы должны войти для размещения комментария.


Rambler's Top100